Анестезиолог – о том, почему пациенты часто умирают в 4 утра

Один из основоположников медицины критических состояний, создатель первой в стране службы интенсивной терапии, анестезиологии и реанимации, 87-летний профессор в республиканской больнице Карелии Анатолий Зильбер рассказал АиФ о том, почему люди так часто умирают в четыре часа утра и почему он всегда приходит на работу в это время.

«Наблюдая за больными, я понял, что из-за изменения геомагнитной обстановки в это время у всех людей отмечается нестабильность жизненных функций (дыхания, сердцебиения и т. д.), — поясняет профессор Анатолий Зильбер. — Здоровые этого не замечают, а люди, находящиеся в критическом состоянии, уходят из жизни. Чтобы не допустить этого, мы стали назначать таким пациентам профилактическую терапию утром в 3.00-3.30. Немного изменив график работы врачей и медсестёр, мы смогли снизить смертность в несколько раз», — поделился врач.

Профессор рассказал о первом спасённом таким образом человеке: «У пациента после тяжелейшей операции произошла остановка сердца. После прямого массажа сердца, чтобы убрать жизнеугрожающую фибрилляцию, я воспользовался тем, что в палате подвернулось под руку. Это оказался шнур от настольной лампы. Взял два провода, воткнул их в сеть, коснулся голыми концами сердца — и оно заработало в нормальном режиме». Больной не только выжил, но и спустя много лет после своего воскрешения прислал Анатолию Петровичу письмо с просьбой выдать ему справку, что он… действительно умер на руках у доктора в 1958‑м. Оказалось, что местные врачи при очередном освидетельствовании со словами «да ты здоров как бык, хватит придуриваться» хотели снять с него инвалидность.

Анатолий Зильбер рассказал, что почерпнул все эти знания из книг. Он владеет пятью языками, поэтому читал работы не только на русском, но и на других языках.

«Там встречались статьи по анестезиологии — в СССР этого раздела медицины тогда ещё не существовало. Кстати, после той реанимации я полез в книги и понял, что больной выжил благодаря чуду, а не моим усилиям — для реанимации был нужен постоянный ток, а не переменный. Но Бог, как известно, покровительствует дуракам, к которым относятся и энтузиасты. В то время больным во время операции давали эфирный наркоз. Работая ассистентом у прославленного хирурга Василия Баранова (имя которого сегодня носит республиканская больница), я понимал, что хирургия не может развиваться и совершенствоваться без анестезиологии, и предложил своему учителю по амбулаторной хирургии начать подготовку специалистов-анестезиологов в Институте усовершенствования врачей», — говорит врач.

Идея всем понравилась. Поскольку в те годы никто не знал, что такое анестезия, путёвку на специализацию, присланную в Минздрав Карелии, чиновники передали в… Министерство культуры, решив, что анестезиология — это философия, направленная на борьбу с буржуазной эстетикой. После окончания курсов молодой врач остался работать в родном городе.

«В те годы я был единственным врачом-анестезиологом в Карелии, — поясняет Анатолий Петрович. — Уехать куда-либо означало бросить на произвол судьбы своих пациентов».

Начиная с 1964 г. в Петрозаводском государственном университете на базе кафедры анестезиологии и реанимации стали ежегодно проходить семинары по проблемам медицины критических состояний, которые уже через 3 года приобрели статус международных.

На сегодняшний день у врачей есть техника, о которой 50 лет назад могли только мечтать.

Тогда приборы для реанимации создавали из подручных средств и сами придумывали новые способы анестезии. Однажды Анатолий Зильбер применял во время операции приём искусственной гибернации, но позже от этого метода пришлось отказаться как от недопустимо опасного.

Но этот наркоз прославил врача на весь мир.

Хотя необходимость в ночных визитах в клинику давно отпала, профессор-долгожитель, несмотря на свой почтенный возраст, до сих пор приезжает на работу ранним утром. Сейчас это время он использует для литературной работы. Все диссертации, статьи, книги (их более 480) были подготовлены им до начала рабочего дня. Из своего рабочего кабинета профессор Зильбер общается со всем миром — с дочерьми и внуками (они пошли по стопам отца и работают врачами в США), сокурсниками и учениками, по скайпу читает лекции студентам и врачам, консультирует пациентов. Однако одной работой его жизнь не ограничивается.

Помимо медицины у Анатолия Петровича много других увлечений. Его библиотека насчитывает 5 тыс. томов — и в ней немало уникальных изданий. Среди раритетов — альбом основоположника хирургии Николая Пирогова, который сегодня существует в единственном экземпляре.

Профессор играет на рояле любимый джаз (в юности он состоял в джаз-банде прославленного композитора и дирижёра Ильи Жака, который писал песни дляКлавдии Шульженко), а на выходные уезжает на дачу, которую полностью построил своими руками.

«Я пережил десять министров здравоохранения и десять главврачей республиканской больницы Карелии, все медицинские реформы и перипетии испытал на себе. На мой взгляд, большинство проблем современной медицины порождено не отсутствием профессиональной подготовки, а тем, что сегодня врачи страшно далеки от народа, — уверен А. Зильбер. — Поэтому в них в первую очередь необходимо воспитывать почти забытое чувство сострадания к больному». То, которое двигало самим доктором всю его жизнь.